0 1506

Анна Жураковская: Страшные секунды перед катастрофой

Об аэрофобии, внезапности смерти и совести.

Стас Зильбер / АиФ

Я очень боюсь летать, просто до обморока, каждый раз, когда приходится это делать, неделю готовлюсь, меня трясет и всю дорогу не проходит ком в горле. Друзья пытаются успокоить тем, что в авиакатастрофах гибнет намного меньше людей, чем в автомобильных авариях, но это мало меня успокаивает.

При чем появилась аэрофобия у меня только после того, как я родила детей, просто на каком-то подсознательном уровне — не дай Бог что. Как будто мой мозг дал какую-то глупую команду: «Все, тебе нельзя ни в коем случае погибнуть — дети без тебя пропадут!»

Сегодня, когда всех оглушила новость о страшной катастрофе, я больше ни о чем не могу думать. Только о страшных минутах, может быть секундах, тех, кто был в самолете, летевшем из Египта. 217 пассажиров, 2 пилота, 5 бортпроводников. 17 детей...

Невозможно представить себе страшные мысли матерей и отцов, бабушек и дедушек, пытавшихся отвлечь как-то этих 17 ребятишек, чтобы ничего не заметили, чтобы не испугались... Молодые люди, вдруг понявшие, что все — дальше ничего не будет, просто ничего, все мечты и планы рухнули в один момент. Члены экипажа, которые уже ничего не могли сделать для того, чтобы до конца выполнить свою работу — привезти пассажиров домой.

А еще страшнее представить себе мысли и чувства тех, кто их не встретил в Санкт-Петербурге, они просто не вернутся никогда, они улетели и все! И бессмысленность и бессилие накрывает с головой, мешает дышать, а вокруг сотни таких же, крики, обмороки, пытающиеся как-то помочь психологи. Но как тут поможешь — они все равно уже не вернутся. И соболезнования не помогают. Хорошо, если есть еще ради кого жить, а если это единственная дочь или сын, если муж приехал встречать жену с ребенком с отдыха.

Страшные мысли, страшное горе. Светлая память погибшим!

И сейчас уже совершенно не важно, какими хорошими или не очень они были людьми, кто они были по профессии, были ли у них планы. Все рухнуло через 23 минуты после начала полета домой.

Идет следствие, найдут причины, отыщут виновных или сделают кого-то виновными — этих людей уже не вернуть.

И на этом горестном фоне катастрофически странными кажутся сведения о том, что пилоты уже неделю жаловались на неполадки в самолете. То есть как — жаловались и полетели? Они говорили о неполадках, а самолет выпустили в рейс?! Это не просто дико - это никак не помещается у меня в голове вместе с мыслями о последних секундах погибших и горе их близких. В такие моменты я жалею о том, что у нас в стране не применяется смертная казнь, простите меня за несдержанность!

Люди, мы что — совсем потеряли стыд и совесть?! Почему нельзя просто хорошо делать свою работу, особенно связанную с безопасностью людей?! Почему нам нужны катастрофы, чтобы устраивать повальные проверки и вспоминать о том, что надо честно выполнять свой долг?!

Да, эта страшная авария заставит отвечающие за это структуры «засучить рукава» и расследовать все. Наверное, заставит...Хочется надеяться...

Но 224 жизни уже не вернуть. Жизнь близких этих людей уже изменится навсегда. Никакие выплаты им не помогут вернуть детей, родителей, любимых, друзей!

И аэрофобий станет больше, намного больше.

Светлая память 224 погибшим! Дай Бог терпения и сил живым! И пусть вернется совесть!


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий
Газета
Самое интересное в регионах

Актуальные вопросы

  1. Где в Оренбурге можно будет искупаться на Крещение?
  2. При каких минусовых температурах в школах отменяют занятия?